?

Log in

No account? Create an account

Previous Entry | Next Entry

grafiti

Ж И З Н Ь

и падение
Асеньки Фридманович

(роман для умных, с продолжением)

by Alexander Telnikoff


ГЛАВА 1

«It’s a problem, it’s a problem» — в очередной раз пробормотал ухоженный джентльмен в костюме темно-синего цвета британского королевского флота. Как воспитанный человек, он явно старался не поддаться на искушение и отводил свои внимательные глаза от длинных, стройных ног Асеньки Фридманович, пассажирки бизнес-класса воздушного рейса Москва-Лондон авиакомпании British Airways.

Впрочем, Асеньке в этот момент не было дела до вежливой, но скучной беседы со своим случайным спутником по рейсу. Все ее мысли были о другом. Ведь она летела на самолете первый раз в жизни — и не просто летела, а неслась, в прямом смысле этого слова, как на крыльях любви. Ведь там, в таинственном полумраке аэропорта Хитроу, ее ждал Любимый. Все остальное теперь не имело значения.

«У вас, я полагаю, имеются перспективы на профессиональную деятельность в этой стране?» — продолжил свои мерные расспросы ухоженный джентльмен. «А в какой стране мы сейчас?» — вежливо улыбнулась Асенька. Она давно уже поняла, что беседу со скучными людьми легче вести, когда на вопрос отвечаешь вопросом. На самом деле, ей было сейчас все равно, над какой страной пролетал ее первый в жизни Боинг 707, унося ее вместе с собой. «Хоть над гитлеровской Германией», — подумала она. Словно отвечая ее мыслям, спутник отреагировал: «Мы сейчас летим над Германией. Над западной ее частью» — его внимательные, спокойные глаза на мнгновение встретились с асиными. «Западная, восточная — разве это имеет теперь значение?» — подбросила Асенька незнакомцу новую тему для размышлений.

Теперь значение имело только одно: Любимый. И то, сколько времени оставалось до их долгожданной встречи. И еще очень хотелось спать — ведь смешно представить, что кто-то может спать накануне такого полета. Но теперь усталось сказывалась, и Асенька по временам закрывала глаза. Однако, ей очень не хотелось расставаться с этой новой, пленительной реальностью — и она отгоняла от себя сон. «На крыльях любви», — снова подумала она, внимательно вслушиваясь в звучание этих слов. Отчего-то ей стало вдруг тревожно. Наверное, она представила себе эти крылья любви — упоительные, бесшумные, трепетные — у которых есть одно свойство, делающее их опасными для человека. Они умеют поднимать на слишком большую высоту.

«На какой высоте мы сейчас?» — перебила она мерные рассуждения своего спутника на тему воссоединения Германии и долждивой погоды во Франфуркте, где ее спутник, по его словам, недавно был на конференции. Впрочем, про высоту ей тоже было слушать скучно. Любую, даже самую интересную тему можно сделать невыносимой, с помощью вот такого мерного, спокойного голоса, костюма цвета британского королевского флота и участливого выражения лица. Асенька закрыла глаза. Слово «конференция», случайно упомянутое в разговоре, чуть не заставило ее рассмеяться. «Ах, конференция!» — подумала она. Это слово однажды придумал Любимый, когда он, в приступе ревности, стал отчитывать Асеньку за то, что она, по его словам, получает удовольствие, когда ей удается свести пару своих бывших любовников с нынешним в одном месте, как бы случайно. Впрочем, ей действительно бывало забавно хитроумно изобретать такие ситуации. Это было один или два раза, в чьих-то гостях. «И чтобы больше никаких конференций, слышишь?» — возмущенно кричал он. «Да, я тебя слышу, Любимый!» — думала она сейчас. «Больше — никаких конференций!»

Несколько раз безуспешно предложив своей спутнице «джин энд тоник», незнакомец, вздохнув, принялся разглядывать кубики льда в своем стакане, так и не решаясь отпить из него. Кажется, он уже выяснил у Асеньки все, что было можно. Однако, самый главный вопрос продолжал томить его. «Простите, что я спрашиваю это у Вас. Но вы — вы молодая, красивая, — он остановился на секунду, обдумывая следующее слово, снова отводя глаза от асиных ног, — образованная. Вы летите в совершенно чужую страну. У Вас нет работы. Скажите, у Вас хотя бы есть где жить?» — «Нет», — созналась Асенька. Этот вопрос они действительно с Любимым никогда не обсуждали. Им казалось, что самое главное — это снова быть вместе. А об остальном можно было беспокоиться уже потом.

«It’s a problem, it’s a problem», — в очередной раз завел незнакомец свою уже знакомую песню и стал рассказывать про цены на жилье в Лондоне, средние запралты, уровень налогов и все такое. По его словам как бы выходило, что все это безумно дорого. Слишком дорого — для молодой, красивой, образованной — но родившейся в неправильной стране девушки. Даже если у нее есть Любимый. Ведь Любимый тоже, по-видимому, родился в неправильной стране? И вообще, род занятий Любимого как бы не внушал доверия незнакомцу. А вот он, незнакомец, он как бы как раз внушал это доверие. И род его занятий был самым подобающим. «Если бы не частые конференции», — попытался пошутить он, видимо, намекая на что-то.

«Любимый, больше не будет никаких конференций!» — мысленно напомнила Асенька самой себе еще раз, и улыбнулась, вспомнив мальчишескую ревность Любимого. Незнакомец, впрочем, понял асину мечтательную улыбку за что-то другое. Он изогнулся в кресле, облокотясь на полдлокотник асенькиного кресла, лишив ее последнего жизненного пространства, и, заглянув ей прямо в лицо, продолжил своим спокойным, уверенным тоном, уже не отводя глаз от Асеньки: «Вы слишком юны, слишком наивны, слишком идеалистичны. Вам этого сейчас, вероятно, не понять. Но Вы отправились в рискованное, очень рискованное путешествие. Поверьте мне, я могу судить о таких вещах!» — и он, забывшись, отхлебнул джин с тоником из своего замусоленного стакана.

«Сейчас он скажет мне, что просто хочет мне помочь», — поняла Асенька Фридманович, пассажирка рейса правильной авиакомпании, летящая на крыльях любви из неправильной страны в страну правильную. «Я просто хочу вам помочь», — как эхо отозвался частый посетитель франфурктских конференций, внушающий доверие. Его внимательные, спокойные глаза теперь, казалось, загорелись каким-то странным воодушевлением. По его решительному виду можно было понять, что он теперь готов на некий Поступок. Видимо, частые франфурктские конференции способствуют решительности, особенно при перелете из неправильной страны в правильную. «Я готов вам предложить дружескую помощь, в любой момент, когда бы она ни понадобилась», — убедительно произнес он. Смотреть на асины ноги он теперь не боялся. «Как быстро он привык ко мне!» — подумалось ей. Незнакомец тем временем достал из кармана пиджака визитную карточку. Не глядя, Асенька взяла ее — но в глаза ей успело броситься слово «Конференция», блестнувшее серебристым тиснением. «Благодарю вас», — сказал она, опустив ресницы. После этого наступила неловкая пауза.

«На крыльях любви. Так высоко, как никто. Как птицы. Да, Любимый?» — мысли Асеньки Фридманович, пассажирки Боинга 707, бесконтрольно возвращались к одному и тому же. Она думала о любви. Перед ее внутренним взором проходили образы Любимого. Его глаза, плечи, губы. По какой-то странной причине, в ее визуальных мыслях о любви она сама никогда не присутствовала. Там присутствовал Любимый, обнимающий и целующий какую-то женщину, не Асеньку. Эта женщина всегда была красавицей, настоящей богиней. И она грациозно отдавалась Любимому, прямо на глазах у Асеньки. А Любимый, казалось, в порыве страсти как бы не замечал, что целует он совсем не ту женщину, какую надо. Впрочем, он не мог этого не замечать — но такая странная подмена его ничуть не смущала. Наоборот, увлеченный, страстный, он иногда отрывался от своей великолепной богини, чтобы посмотреть на Асеньку, незримо присутствующую при этой сцене — видит ли она? А сама она, как невидимая Золушка, тихо стояла в темном углу, глядя на все великолепие любви Любимого с богиней, и ничего не чувствовала, кроме любви.

У богини, впрочем, часто были асины длинные ресницы. И еще руки. Руки всегда были узнаваемыми, асиными. А в остальном — это была совершенно другая женщина.

Вот и сейчас, богиня, как прекрасное, городое, но дикое животное, отдавалась Любимому, всем своим существом...

Когда Асенька снова открыла глаза, Боинг 707 уже кружил над аэродромом, ожидая, видимо, каких-то нужных сигналов на посадку. В темном небе были видны огни Хитроу. А незнакомец, в костюме цвета королевского флота, теперь сидел в своем кресле совершенно отчужденный — с таким видом, как будто бы они с Асей не были знакомы вовсе. Пора было отстегивать-пристегивать какие-то ремни, согласно указаниям мужественного бодрого голоса из динамиков.

В этот момент самолет резко пошел вниз, и у Асеньки захватило дух.


Предыдущие главы: [Предисловие]
Опрос по Асеньке Фридманович by sashkina


Comments

( 30 comments — Leave a comment )
nevazhno wrote:
4th Oct, 2002 23:05 (UTC)
тьфу ты - откроешь фр-ленту и тянет через плечо плюнуть трижды и что там еще полагается, против нечисти. ужас ужас.
вышлите пожалуйста мне на мыло отдельным файлом, а то я не могу)))))
nasha_sasha wrote:
4th Oct, 2002 23:22 (UTC)
Re:
А что такого? Ну, Асенькая Фриманович - какая же это нечисть? :-)

Хотя... (с)

Вобщем, выслал Вам файл.
alisasf wrote:
4th Oct, 2002 23:32 (UTC)
Ах, продолжайте, продолжайте!!!
boogie_woogie wrote:
5th Oct, 2002 00:07 (UTC)
аллюзия на "эммануэль"?
nasha_sasha wrote:
5th Oct, 2002 04:29 (UTC)
Скорее иллюзия на Асеньку Фридманович, вернее на ту женщину, с которой она списана. (Имен называть не будем пока что)
nafik wrote:
5th Oct, 2002 00:14 (UTC)
No comments
Дерьмо. Прошу прощения, и этот "роман" написали Вы?
nasha_sasha wrote:
5th Oct, 2002 04:27 (UTC)
Re: No comments
А Вы его читали - включая предисловие? Там, кажется, говорится, кто написал это, разве нет?
Re: No comments - nafik - 5th Oct, 2002 05:59 (UTC) Expand
Re: No comments - nasha_sasha - 5th Oct, 2002 06:06 (UTC) Expand
Re: No comments - nafik - 5th Oct, 2002 06:38 (UTC) Expand
Re: No comments - nasha_sasha - 5th Oct, 2002 06:46 (UTC) Expand
Re: No comments - nafik - 5th Oct, 2002 06:51 (UTC) Expand
iggy2 wrote:
5th Oct, 2002 01:21 (UTC)
прелесть,ждём продолжение...
vels wrote:
5th Oct, 2002 01:24 (UTC)
Очень расплывчатый образ получается. Наверное у меня плохое воображение, но не могу я себе Асеньку представить. Пятно какое-то с длинными ногами и большими глазами.

Головка ваша - дивный храм,
чью красоту не передать словами.
А то, что мысль не ночевала там,
так кто же, черт возьми, ночует в храме ?
vels wrote:
5th Oct, 2002 03:19 (UTC)
Только сообразил, как мое сообщение может выглядеть со стороны.
Стихотворение, разумеется, относится не к уважаемому nasha_sasha, а к образу самой Асеньки :)
(no subject) - nasha_sasha - 5th Oct, 2002 04:26 (UTC) Expand
svetik wrote:
5th Oct, 2002 01:30 (UTC)
нравится
vshiman wrote:
5th Oct, 2002 02:24 (UTC)
Полная фигня..может быть дальше интересней будет?
nasha_sasha wrote:
5th Oct, 2002 04:22 (UTC)
Посмотрим. Может, разойдется. Но вообще, почти все романы вначале скучные, это такой жанр.
Re: - vshiman - 5th Oct, 2002 04:26 (UTC) Expand
(no subject) - dzot - 5th Oct, 2002 05:32 (UTC) Expand
Re: - nasha_sasha - 5th Oct, 2002 05:45 (UTC) Expand
yakovis wrote:
5th Oct, 2002 05:12 (UTC)
А можно было бы делать отступы от стенок? А то читать тяжко...
nasha_sasha wrote:
5th Oct, 2002 05:17 (UTC)
Re:
Вообще, рамка должа была быть только вокруг "обложки". Надо переделать, конечно. Тогда ширина полей не будет иметь значения.
(no subject) - lapiguine - 5th Oct, 2002 06:45 (UTC)
pampushka wrote:
5th Oct, 2002 06:46 (UTC)
Чудесно!
Ждем продолжения!
plushka wrote:
5th Oct, 2002 08:49 (UTC)
очень здОрово!
Мне, правда, почему-то представлялось, что это будет нечто а ля "Житие протопопа Аввакума" =))
ratina wrote:
5th Oct, 2002 12:27 (UTC)
Описание чуйства любви сильно смахивает на "Историю О."
Не говорю, что это эээ... плагиат, просто никада не думала, что можно еще такой стиль встретить...

В путь, господа...
nasha_sasha wrote:
5th Oct, 2002 12:54 (UTC)
Re:
Я "Историю О." очень люблю. Всегда говорил, что ее автором должен был быть я.

Увы, автор "О." - не я :-)
(no subject) - ratina - 5th Oct, 2002 13:11 (UTC) Expand
( 30 comments — Leave a comment )