?

Log in

No account? Create an account

Previous Entry | Next Entry

Интервью с Альпером

  • 14th Dec, 2002 at 3:33 AM
grafiti
Александр Альпер, многим известный как anarchist_2001, дал мне интервью. Впрочем, трудно сказать, дал ли он его мне, или я у него это интервью стребовал. В любом случае, получилась беседа во многих отношениях упоительная, чему я и привожу здесь свидетельство.

ИНТЕРВЬЮ С АЛЬПЕРОМ

A.T. Саша, Вы - один из немногих, чьи стихи я читаю. Не только в ЖЖ, но и вообще. Возможно, это не более, чем просто признак "тонкого, вдумчивого читателя", под личиной которого я иногда, довольно неохотно, впрочем, являюсь миру. В этой связи мой первый вопрос к Вам: кого из поэтов (именно поэтов) читаете Вы, и как это отражается на том, что Вы пишите?

А.А. Последнее время я мало читаю собственно поэтов. Не знаю, с чем это связано - возможно, с тем, что я всё более и более предпочитаю онтологические, экзистенциальные влияния, влияниям, приобретаемым в результате чтения чужих произведений. По крайней мере, чужих стихов. Я полагаю, что проза в целом оказала на меня гораздо более глубокое воздействие, чем поэзия. Вторым по глубине воздействия медиумом я считаю песню, её текстовую компоненту. "Голые стихи" занимают, пожалуй, третье место в этой системе. Последним поэтом, которого я целенаправленно и целиком читал, был Юдик Шерман.

A.T. Я так и думал. Остановимся на секунду на "голых стихах". Меня давно занимает мысль о том, что стихотворение, как жанр, стало в современном мире настолько личностным явлением, что на него трудно опереться, его трудно применить к себе, из него трудно что-то почерпнуть без нарушения внутреннего строя собственного стихотворения. Но все же, "голые стихи" - вечный жанр, он будет всегда. Даже если у него не будет авторов, у него всегда будут оставаться читатели, которым "это надо". Когда Вы пишите стихи, ощущаете ли Вы присутствие читателя - обращаетесь ли Вы к нему, или не думаете о нем, предпочитая, чтобы читатель сам обратился к Вам, когда ему "это надо"?

А.А. Скорее второе. Ведь в противном случае мне пришлось бы обременять себя множеством ненужных и вредных условностей - скажем, держать в уме некий образ "target audience" и всё время "оглядываться" на него. Впрочем, порой возникает (постфактум) некая самооценка произведения - понимание, что произведение будет скорее понято вполне определёнными людьми.

A.T. У Вас часто звучит "кладбищенская тема", или ее разнообразные отзвуки. У Вас смерть - привычный, вполне осязаемый предмет, вроде "простой девушки в черном, с бледным лицом", которая как бы "совершенно случайно" оказалась сидящей напротив, с тикающими часиками на тонком запястье. Насколько я могу судить, эта "девушка" - не абстрактная, сценическая фигура, а нечто, символизирующее "конкретную" (как сейчас говорят), собственную смерть. Так ли это?

А.А. Знаете, у меня со Смертью начались очень глубокие отношения с раннего детства. Я отнюдь не имею в виду, что мне приходилось очень уж часто соприкасаться со Смертью в каких-нибудь общепринятых её формах, вроде людей в гробах. Смерть всегда рядом и ей необязательно облекаться в такие доступные пониманию каждого формы. Она может показаться в тени, отброшенной стволом дерева, в промозглой подворотне, или в том чувстве, которое возникает когда "тёмные улицы тянут меня к себе". Совершенно не нужно вульгарных форм, чтобы чувствовать Смерть рядом. Вообще, для меня личная смерть - гораздо меньшая часть целого, Танатоса, который я воспринимаю как некий полюс бытия и поэтому мои переживания касающиеся личной смерти не столь глубоки, как переживания, касающиеся Танатоса вообще.

A.T. Ваши стихи мне кажутся весьма спонтанными: каждое из них выглядит написанным на одном дыхании, в рамках данного порыва. Возможно, это только иллюзия, вызванная тем, что каждое Ваше стихотворение как бы "ставит новую задачу", а не продолжает путь, проделанный где-то ранее. Обдумываете ли Вы свои стихи подолгу, уходя и снова возвращаясь к ним, или они происходят сразу?

А.А. И да и нет. Иногда всё происходит, как Вы заметили, "на одном дыхании", и тогда стихотворение почти не требует "шлифовки". Иногда приходится некоторое время осуществлять подгонку. Бывает и так, что рождаются некоторые разрозненные куски, которые так никогда в ничто и не воплощаются. Я их сохраняю, потому что бывали случаи, когда спустя продолжительное время я вновь возвращался к ним и они обретали форму (не обязательно ту, которая виделась мне в самом начале). И всё же, за каждым творческим порывом, не за формой, но за концепцией я ощущаю случайность, спонтанность, как движущий элемент.

A.T. В Ваших стихотворениях часто появляются различные оттенки красного: "багряный", "кровавый", "розовый", "сиреневый". Но ключевым Вашим цветом является "лиловый" - я уже давно слежу за господствующим положением этого цвета в Ваших стихотворениях, ибо я знаю, что это не случайно. Вот, например:

Лишь в чернобыльской глуши
Лиловеют камыши


или:

Я открыл свой сейф,
Взял лиловый шлейф


Что этот цвет для Вас значит?

А.А. Насколько я могу в себе рационализировать, цвет определяет скорее переживание, отнесённое во времени. А цвет лиловый - переживание, отнесенное скорее в прошлое. Мне нравится смотреть скорее в прошлое. Вообще, я предпочитаю рефлексию.

A.T. А тогда какое место, согласно Вашей временной шкале, занимает другой Ваш значительный цвет - черный?

А.А. В проекции на время это может означать будущее.

A.T. Наверное, нужно страдать аритмией, а заодно и полным отсутствием "внутренней мелодийности", чтобы не заметить, насколько важны ритм и "мотив" в Ваших стихах. Я мог бы даже сделать предположение, что мелодия в Ваших стихах часто бывает первична. Причем, это относится не только к тем стихам, которые Вы потом используете для Ваших музыкальных опусов. Что для Вас, в Ваших стихах, "было вначале" - слово, ритм, мелодия, определенный септаккорд?

А.А. Я думаю, первично слово, но оно возникает наряду с мелодией и ритмом, то есть, и ритм и мелодия рождаются наряду со словом. В связи с тем, что повсюду наблюдается чудовищная профанация понятия верлибр, "вольный стих", я полагаю чрезвычайно важным отдавать предпочтение формализму - стиля, но не содержания.

A.T. Сколько Вы всего написали стихотворений?

А.А. Точной цифры не помню, но что-то около двух сотен.

A.T. Эта большая цифра. Пожалуй, это может говорить о том, что писание стихов для Вас - органичная, естественная деятельность. Планируете ли Вы себя "узаконить" - т.е. начать издавать "Избранное", печататься в антологиях, ездить на "открытие новой книги" в галстуке, быть гостем на всяких так называемых творческих семинарах, давать интервью :-) умным людям - т.е. жить "активной творческой жизнью"? Когда-нибудь, вообще? Или все это принципиально не входит в Ваши планы?

А.А. Я не знаю, если это всё можно назвать "активной творческой жизнью" в моём понимании - ведь весь этот официоз, весь этот набор условностей, является не только чрезвычайно утомительным, но и отнимает от экзистенциального; экзистенциальности, как творческого метода. Так недолго превратиться в живой памятник самому себе. Андерграундный статус подразумевает полную свободу действия, поскольку разрешенный официоз зачастую оказывается гораздо более сковывающим, нежели прямой тоталитарный запрет. Что бы я хотел сделать - так это - сотрудничать с любым издательством, которое готово было бы меня издать. Хотя бы потому, что на бумаге вещи читаются несколько иначе, чем с экрана. Лично я некоторые вещи в электронном варианте не воспринимаю даже.

A.T. У электронной продукции короткая жизнь: был сайт, завтра его нет, послезавтра провайдера кто-то купит и на месте продукции будет красоваться банер. Конечно, важные тексты где-то скапливаются, сохраняются, начинают постепенно жить своей жизнью - и некоторые из них вполне могут стать "неистребимыми". Но все равно, это лишь еще один замысловатый путь к печатному листу, к которому все главное должно когда-нибудь придти. Как Вы вообще относитесь к термину "сетевая литература"?

А.А. Я полагаю - сетевая литература, как медиум, освобождает - с одной стороны - творческий потенциал (для самиздата ныне не требуется кропать по ночам рукописи, подпольным способом размножать их на печатной машинке и подпольным способом же распространять - достаточно создать домашнюю страницу на любом из бесплатных хостингов), а с другой стороны освобождает от ответственности и в результате возникает множество белого шума, разнообразного рода графоманов, которых технический прогресс тоже не обошел стороной. В конечном счёте удачная сетевая литература, как Вы заметили, находит путь в печать - как случилось, к примеру, с Ширяновым и Масодовым.

А.T. Я в раннем детстве обратил внимание на то, что все люди на земле делятся на счастливых и несчастных, по их внутреннему устройству - которое не обязательно находится в прямой зависимости от жизненных обстоятельств. Например, я себя отношу к первой категории. Являетесь ли счастливым Вы?

А.А. Я не совсем понимаю, что Вы имеете в виду, говоря "быть счастливым". Если Вы имеете в виду некое трансцендентное и окончательное состояние удовлетворения, то этим, пожалуй, может оказаться лишь Смерть. Смерть, как некое тотальное Завершение.

Вот Вы упомянули о внутреннем устройстве. Я думаю, те люди, которые "считают себя несчастными", попросту уверены в том, что этот мир им что-то должен. Какую-то нелепую условность. И, не получив эту условность они обижаются, как дети. Если помнить, что Смерть всегда рядом, и что мир тебе ничего не должен, так же как и ты - ему, трудно осознавать себя "несчастным".

A.T. Скорее, я имею в виду "главный инструмент самовыражения" человека. Или, скажем так, его "инструмент познания". Но, впрочем, Вы, кажется, ответили на мой вопрос.

* * *

У поэтов часто бывает одно или несколько стихотворений, обычно ранних, в которых содержится вся скрытая программа дальнейших поэтических действий. Такой "судьбоносный манифест" не всегда бывает явным, легко расшифровываемым, и сам поэт может, иной раз, только смутно догадываться о его значении. Иногда нужно время, чтобы идентифицировать такой "манифест". Но поэты часто об этом знают "вне времени". Существует ли нечто подобное у Вас?

А.А. Если такой манифест имеется (в чём я, признаться, сомневаюсь), то мне до сих пор не удавалось нечто подобное идентифицировать. Несмотря на некоторую устоявшуюся определённость моих отношений с окружающим миром, я - человек всё же не-целостный. Для себя я все ещё в некоторых планах - "вещь в себе", - и мне остаётся лишь догадываться относительно факта "раскрытия" себя в отдельно взятом произведении.

А.Т. Ну что же, не будем раньше времени помогать "грядущему племени альпероведов" и открывать им преждевременных тайн. В таком случае, завершая наше интервью, мне хотелось бы во-первых поблагодарить Вас за ответы на вопросы, а во-вторых, попросить Вас "прочитать" что-нибудь - например, Ваше последнее стихотворение?

А.А. Охотно. Я даже думаю, так будет правильней - вместо некоего среза во времени процитировать то, что более-менее насущно:


* * *

К нам в райцентр приехал мужик
Из деревни Дырявое Тесто,
У забора к земле он приник
Не найдя себе путного места

Трогал глину неловкостью рук,
Нюхал травы, стонал и смеялся,
Был как сало на вкус, пах как лук,
Тихо бздел, чуть погромче боялся

Он асфальта немытых страстей,
Чёрных труб, в никуда уходящих,
И героев, до времени спящих,
В старых книгах для мёртвых детей...


Comments

( 12 comments — Leave a comment )
drozner wrote:
13th Dec, 2002 21:13 (UTC)
U vas byl, dejstvitel`no, prekrasnyj sobesednik. Mojno daje skazat`, podstat` intervieweru. S jurnalistskoj udachej!
nasha_sasha wrote:
14th Dec, 2002 04:31 (UTC)
Спасибо.
tmin wrote:
14th Dec, 2002 02:33 (UTC)
why not to use lj-cut tag, sir?
nasha_sasha wrote:
14th Dec, 2002 04:34 (UTC)
Какая разница - прочитаете ли Вы одни мой длинный постинг, или десять средних, других авторов? Уж лучше один мой, мне кажется.
tmin wrote:
14th Dec, 2002 04:39 (UTC)
Re:
это не вопрос чтения, это вопрос удобства.
только и всего.
nasha_sasha wrote:
14th Dec, 2002 05:31 (UTC)
Re:
Мой подход к тексту заключается в том, что текст должен просматриваться одним взглядом - чтобы легче было сразу вычленить в нем что-то интересное (или пропустить весь текст целиком), даже если текст большой. При лжекате возникает иллюзия того, что по первому фрагенту можно судить о всем тексте, что часто является ошибкой.

Например, многие тексты я читаю из середины, и лжекат делает это невозможным.

Я знаю, это многих раздражает - но меня, наоборот, раздражает лжекат - который как бы для меня есть свидетельство того, что автор говорит читателям: "этот текст *не* следует читать".

Зачем тогда вобще такой текст писать в публичном режиме?
tmin wrote:
14th Dec, 2002 05:45 (UTC)
Re:
ок :) каждому свое.
уж коли тэг раздражает - то чего ж тут аргументировать, что текст на пять-шесть экранов одним взглядом не охватишь, что после первой фразы ставить его никто не обязывает и пр.
на самом деле, IMHO, это полемики не стоит.
ex_er2000541 wrote:
14th Dec, 2002 03:01 (UTC)
Поддердживаю предыдущего оратора. Если постинг длиннее, скажем, 17см., то его необходиом скрывать под ЛЙ-кут. Проверочное слово -- кутак.
nasha_sasha wrote:
14th Dec, 2002 04:34 (UTC)
Как и предыдущему оратору, отвечаю Вам: http://www.livejournal.com/talkread.bml?journal=telnikoff&itemid=196399&thread=2760751#t2760751
paslen wrote:
15th Dec, 2002 07:43 (UTC)
cупер!
Замечательный жанр ЖЖ-шной журналистики! Очень интересный текст.
nasha_sasha wrote:
15th Dec, 2002 09:06 (UTC)
Re: cупер!
Спасибо. Я рад, что Вы "не прошли мимо" :-)
paslen wrote:
15th Dec, 2002 09:11 (UTC)
Re: cупер!
как я мог
мне показалась правильной сама интенция развития жж-журналистики
ну и сам текст интересный
( 12 comments — Leave a comment )